Дела для бездельников

В лесах, горах, на море и под водой

Previous Entry Share Next Entry
По святым местам (Лумбини - Манакамана)
В горах
shchsg

19 апреля

 

    Сегодня я могу себя представить не как журналиста, пишущего репортажи «из окопов», а как солидного писателя, заслужившего заслуженным трудом проживание в комфортабельном бунгало на берегу горной речки и сидящего на террасе с видом на закатывающееся за горные хребты солнцем. На бунгало соломенная кровля, правда, декоративная, сделанная поверх металлической. Здесь есть даже бассейн, но купаться не хочется, только что прошёл дождь. Находится это «счастье» на середине дороги между Покхарой и Катманду, недалеко от подъёмника к храму Манакоманы.


За таким столом можно сегодня прикинуться Хемингуэем. Без сигар и махитоса сделать это мне не удалось.

     Просматривая фотографии последних дней, я решил дополнить предыдущие рассказы некоторыми деталями.

      Чем дольше я нахожусь в Непале, тем больше поражаюсь разнообразием климата, культуры, обычаев и традиций в соседних регионах. Страна невеликая по территории, а проживают здесь десятки народностей. Видимого антагонизма, непринятия людей другой расы или национальности я не заметил. А вот коммунистическая идеология легко проникает в сознание людей любого вероисповедания.

В Тансене, в небольшом горном городке, расположенном в стороне от трассы, до сих пор не могут восстановить некоторые части центра города, разрушенные во время беспорядков. Возможно, это была революция, но скорее «Праздник мародёров» (по определению Дмитрия Грекова). Чем ближе к китайской границе, тем больше «Серпов и Молотов» на плакатах.



     А в Читване, на юге Непала, мне показалось, что я оказался среди декораций к фильму о Маугли. Хижины, построенные из тростника, обмазанного глиной и окружённые банановыми плантациями, как будто перенесли меня в век Киплинга. В деревнях Непала, впрочем, как и во всём мире, день начинается с рассвета. Женщины всё теми же, как и их предки, серпами срезали траву по берегу реки, и только мобильные телефоны в их руках напоминали о том, что мы в 21 веке. Так же под одной крышей и живут и люди и животные, только воду на рисовые поля подают электронасосы.

 

    Пересекая Непал с севера на юг, спускаясь с гор я как будто бы попал из весны в осень. Если в Солокхумбу только начали вспахивать огороды, то  в Лумбини уже идёт уборка зерновых.

 

 

    Из окна машины я наблюдал несколько способов молотьбы. Старый, дедовский (для ленивых): снопы расстилаются на земле и вокруг столба на привязи пускаются волы. Своими копытами они и молотят зерно. Современный (для богатых): при помощи привода на мотоблоке. И модерновый: (для смышлёных) снопы выкладываются на дороге, и проезжающие колёса автомобилей выполняют ту же функцию, что и воловьи копыта.

    Так уж получилось, что паломничество по святым местам, в которых родились учителя мировых религий, я начал с Лумбини, родины Будды. Не знаю, какие у меня возникнут чувства в Вифлееме и Мекке (если удастся туда попасть), но в раскопанном дворце, в котором появился на свет Будда, благодати или благоговения я не ощутил. Возможно, для этого надо самому тут родиться. Я видел, с каким почтением и восторгом переживал здесь Дава. Похоже, единственный буддист в этот день в Лумбини. Основная часть посетителей святого места – индуисты. В Катманду, на празднике в буддийском монастыре мы познакомились с Олегом, который уже много лет живёт в Азии. Он довольно точно охарактеризовал Лумбини, как ЦПКиО имени Будды. Я не знаю, насколько у Всеведующего было развито чувство юмора, но, мне кажется, что сам он сейчас от души веселится, когда слышит рассказы бывалых,

 

 

 как вот под этим деревом отдыхала его мама после родов,

 

 

 а в этом бетонированном водоёме он принял первую ванну.

    Сейчас в «парке» строятся новые монастыри. Территория выделена огромная, хватит для всех желающих. Только вот жара тут стоит невыносимая. Грешно, конечно, использовать человеческую силу для привода транспортного средства в движение, но Дава предложил по жаре не париться, а воспользоваться рикшей. Сидя в коляске и слушая, болтающего с рикшей Даву, в голову лезли мысли о некой высшей справедливости в расстановке сил на сегодня. Наши с Давой «заслуги» в прошлых жизнях позволяют сейчас сидеть в тени убогой коляски, а пожилому непальцу приходится отдуваться за прошлые грехи крутя по жаре педали.

 

В одном из монастырей Дава показал мне на дереве рой диких пчёл.   

    На ночлег мы поехали в горы. Когда на равнине, в Бутвале, в придорожном «ресторане» узнали, что мы собираемся ночевать в Тансене, то хозяин удивился: «Ведь там же холодно!» А мы чувствовали себя на жаре в Лумбини, как рыбы оказавшиеся на берегу (или как ихтиандры). Наконец-то дорога пошла в горы и из ущелья потянуло немного прохладой. В Тансене мы уже совершенно пришли в себя.


     В путеводителе отмечается интересная архитектура городка, его спокойные пешеходные улочки. Без туристов и сувенирных лавок. Если в Катманду, в нашем отеле (Тибетский гестхауз) ежедневно одна группа русских туристов сменялась другой, ещё более многочисленной, то на всём моём маршруте я не слышал русской речи. Странно, и в Лумбини и в Манамакаме я вообще был единственным иностранцем.

 

 

    В Тансене побывали ещё в одном индуистском святилище. Дава рассказал о каком то особом празднике, в который на дворе рекой льётся кровь приносимых в жертву животных. Не нравятся мне индуистские святилища. Ноя ещё не знал, что через пару дней я сам буду свидетелем убиения невинных.

 

 
  
А дома в Тансене действительно отличаются своей архитектурой от равнинного Непала. Всего пару часов езды на автомобиле в горы и уже не увидишь соломенных стен.

 

20 апреля

    Я уже в Катманду. Разместился в гостинице при монастыре Шечене, но сижу сейчас в ресторане в Тамеле. В гостинице электричество по расписанию, которое пока не выдерживается, и в поисках сувениров и Интернета я поехал в туристический центр. Обед заказал, но с Интернетом не получилось, тоже постоянно отключается. Попробую загружать фото по частям.

  

     К подъёмнику к святилищу Маникамана мы подъехали за полчаса до его включения, но оказались в конце большой очереди. Я занял очередь за немолодым индусом, державшем на поводке двух ягнят.

 

 

 Для них тоже покупается билет (в одну сторону) и в специальной кабине они прибывают на станцию раньше свих хозяев.

 

 

Вскоре они начинают понимать, зачем они здесь оказались.
В тот день я не встретил у святилища ни одного европейца. Через несколько минут почувствовал себя неуютно среди верующих в такую кровожадную Богиню.



?

Log in

No account? Create an account