Щеколдин Сергей (Shchekoldin Sergei) (shchsg) wrote,
Щеколдин Сергей (Shchekoldin Sergei)
shchsg

Categories:

С Днём Победы над врагом!

С Праздником!
Как хочется мира! Хотя бы на словах!

Просмотрел свой журнал. О чём я писал в этот день. Нечего добавить. С каждым годом становлюсь всё менее воинственным.


  Год назад, в Праздник мы были в море, у острова Робинзона Крузо, который занял оборону в новой войне.
https://shchsg.livejournal.com/2020/05/09/

Вот что написал тогда:



«»
Помнится, в детстве этот день начинался с просмотра парада по телевизору. Потом во двор, делиться впечатлениями с друзьями (в натуре посмотреть это представление можно было только особо приближённым). Какие новые танчики, пушки с ракетами нынче проехали по Красной площади. «


Сестра, помоложе меня, уличила меня во лжи, напомнив, что парады, о которых я тогда написал, бывали в ноябре, а в День Победы - нет.
Так что теперь, наверное наоборот. 7 ноября по Красной площади не ходят, ходят в мае. Как без этого?


Наверное, и сегодня миллионы наших соотечественников займут место у телевизора. Возможно, на каком-нибудь канале будут крутить повторы самых известных парадов. Людям, сидящим по домам нужны зрелища. (Звонил старому другу из Пуэрто Монтт. Мол, как дела, что нового? В ответ: «Приедешь, расскажу, сейчас повтор какого-то супермачта «Зенита» идёт»).

Посмотрит народ новые и старые ракеты, успокоится. Армия на месте, враг будет разбит. С детских лет, вместо того, чтобы учить детей дружить, их учат войне, стрелять и убивать. Сначала в игрушках, потом на компьютере.
Вместо того, чтобы застыть в ужасе от бед войны, их безвинными жертвами, будут снова демонстрировать новые оружия убийства, стращать несуществующими врагами.
Каждый год я в этот день (и ещё в День Нападающего) я пишу пацифистские посты. Мне надо помнить. Желать мира. Чтобы никогда больше не приходилось людям праздновать день победы. Помнить, что до этого дня будут годы ужасов и и невинных жертв. Не празднует победу тот, кто ни с кем не воюет.»

Что добавить? Марш, военный марш, конечно. По него хорошо идти в атаку, повторяя подвиг дедов где-нибудь под Лиссабоном.:

А четыре года назад мы отмечали праздник мирным трудом, готовя лодку к переходу по Северо-западному проходу: https://www.livejournal.com/editjournal.bml?journal=shchsg&itemid=394445

А шесть лет назад высказал публично, наверное, в первый раз, своё отношение к войне и к военным всего мира, в комментариях: https://www.livejournal.com/editjournal.bml?journal=shchsg&itemid=267293

Завтра - праздник.

Но, настроение не праздничное. Поедем на кладбище, к родителям, поработаем.

Мама останется парад смотреть, а я не хочу. Мне и раньше не нравилась эта показуха оружия, а теперь, когда идет война на Украине, и каждый день гибнут люди, не могу смотреть на оружие, созданное для убийства.
Наверное, повезут Буки, которыми был сбит гражданский самолет, будут Грады и прочие ракеты, от залпов которых гибли и еще будут гибнуть мирные люди, комментаторы будут восторженным голосом рассказываать про их тактико-технические характеристики, как можно быстро и уничтожить столько-то врагов. Население будет радоваться и чувствовать себя, если не в атаке, то хотя бы в надежной защите.

  Лейла Алобогачиева, альпинстка из Ингушетии, перед своим последним восхождением призывала все правительства мира остановить войны, объявить любую войну запрещенной деятельностью. Это было в сентябре прошлого года. Кому нужен этот одинокий голос в горах, когда тут такая Победа!
    Оружие, которое завтра покажут на параде участвует сегодня в войне, во всех горячих точках мира. Сколько горя и смертей оно принесло, и сколько еще будет. Это праздник?

Когда я вижу оружие, то вспоминаю Чехова. Раз оно есть, то будет стрелять, убивать. Всегда найдутся люди, которые его применят по назначению.

70 лет назад для большинства европейцев война закончилась. А через несколько месяцев в Японии гибнут тысячи мирных жителей от атомных бомб. Кто-то их построил, дал приказ. Пока живы военные им нужна будет все новая и новая кровь, новое оружие, новые враги, новые солдаты.



У этого патриота война еще не закончилась. Или еще не началась. Строит что-то за забором. Вряд ли товарищ на Берлин за запчастями собрался. Солнечное, Ленинградская область.

  Жаль, что с детских лет детей учат владению оружием, а не пацифизму. Даже до своего внука я не могу донести, что нельзя целится в людей даже из игрушечного пистолета, даже пальцем. Игры, иргушки, кино и мультики, везде стрельба. Я не купил ему ни одной игрушки про войну, и что?

Я родился на завоеванной 70 лет назад территории. В Калиниграде.
В детстве много времни мы проводили на развалинах в центре города, фортах здании биржи и королевском замке. И играли, повозрослее танцевали и ходили в кино в Парки культуры. Что можно сказть о победителях, устроивших на кладбищах танцплощадки? Танцевали на гробах! Начал заниматься спортом в здании кирхи. А что? Хороший спортзал с высокими потолками. В волейбол замечательно играть!

Дед, закончивший войну в Кенигсберге, мало рассказывал о ней. Больше мама. Как были в эвакуации. Ей пришлось видеть, как дважды победители изгоняли мирных жителей со своей родины. В Бессарабии в 1939 году, после ее окуппации, семья мамы оказалась в немецом селе. Всех немцев выселили, и в Кенигсберге . Тоже немцев. Сейчас я пишу эти строки на даче, в бывшей финской деревне. В сотне метров несколько остатков фундаментов. Здесь жили люди.

Да мы победили. Спасибо дедам, что спасли семью (папу дедушка в первые дни войны отправил из Архангельска в деревню). Мама выжила. Папа выжил. Поэтому и я родился. Но в этой войне я потерял тетю Валю. Ей в 1942 году было 4 года и дядю Валеру. В 1944 он тоже дожил только до четырех.

Печально осозновать, что все эти смерти были напрасны. Сначала написал жертвы. Нет. Как можно жертвовать жертвовать жизнью детей, или любой человеческой жизнью? "Мы за ценой не постоим". Можно повторять снова и снова, что жизнь человеческая бесценна. Что толку? Народ опять жаждет побед, и с каждым годом все более великих. К сожалению, не трудовых.

Жаль, что этот праздник не стал в России днем примирения. Но я буду его отмечать именно так. И желать своим друзьям не побед, а мира.

Десять лет назад я публиковал в это день письма с фронта дедушки Миши: https://shchsg.livejournal.com/2011/05/09/


   Сегодня, в который уже раз отмечается День Победы, день победы над врагом. Но не над войной.

Война, как чёрный ворон, непобедима.

К великому моему сожалению.

Наверное, буду крутить по телевизору фильмы о войне.

Если есть желание узнать окопную правду, немного услышать людей с передовой (их мало осталось в живых, тех, кто хотел рассказать. Для этого надо иметь особое мужество), почитайте эти две книги:

«Ванька-ротный». Ивана Шумилина

http://nik-shumilin.narod.ru/r_manuscript.html

Фрагмент из вступления к книге:

«Война — это как раз то, о чём не говорят, потому что не знают. Из стрелковых рот, с передовой, вернулись одиночки. Их никто не знает, и на телепередачи их не приглашают, а если кто-то из них и решается сказать правду о войне, то ему вежливо закрывают рот...

Напрашивается вопрос: кто из оставшихся в живых очевидцев может сказать о людях, воевавших в ротах? Одно дело — сидеть под накатами, подальше от передовой, другое дело — ходить в атаки и смотреть в упор в глаза немцам. Войну нужно познать нутром, прочувствовать всеми фибрами души. Война — это совсем не то, что написали люди, не воевавшие в ротах!

Тех, кто был во время войны приписан к ДКА, я делю на две группы, на фронтовиков и «участников», — на тех солдат и офицеров, которые были в ротах, на передовой во время боя, и на тех, кто сидел у них за спиной, в тылу. Война для тех и других была разная, поэтому и говорят, и помнят о ней те и другие по-разному.

Это были нечеловеческие испытания. Кровавые, снежные поля были усеяны телами убитых, кусками разбросанного человеческого мяса, алыми обрывкими шинелей, со всех сторон неслись отчаянные крики и стоны солдат... Всё это надо самому пережить, услышать и увидеть, чтобы во всех подробностях представить эти кошмарные картины войны.

Вот и сейчас, я пишу и вижу— они передо мной, как живые... Я вижу изнуренные, бледные лица солдат, и каждый из них, умирая, хотел что-то сказать... Сказать тем, кто останется после них жить на этой земле, пропитанной их кровью. Эти мысли и не дают мне покоя.


Вторая книга: «Воспоминания о войне» Николая Никулина

http://www.belousenko.com/books/nikulin/nikulin_vojna.htm



Вот цитаты из его мемуаров:

«Поразительная разница существует между передовой, где льется кровь, где страдание, где смерть, где не поднять головы под пулями и осколками, где голод и страх, непосильная работа, жара летом, мороз зимой, где и жить-то невозможно, — и тылами. Здесь, в тылу, другой мир. Здесь находится начальство, здесь штабы, стоят тяжелые орудия, расположены склады, медсанбаты. Изредка сюда долетают снаряды или сбросит бомбу самолет. Убитые и раненые тут редкость. Не война, а курорт! Те, кто на передовой — не жильцы. Они обречены. Спасение им — лишь ранение. Те, кто в тылу, останутся живы, если их не переведут вперед, когда иссякнут ряды наступающих. Они останутся живы, вернутся домой и со временем составят основу организаций ветеранов. Отрастят животы, обзаведутся лысинами, украсят грудь памятными медалями, орденами и будут рассказывать, как геройски они воевали, как разгромили Гитлера. И сами в это уверуют!

Они-то и похоронят светлую память о тех, кто погиб и кто действительно воевал! Они представят войну, о которой сами мало что знают, в романтическом ореоле. Как все было хорошо, как прекрасно! Какие мы герои! И то, что война — ужас, смерть, голод, подлость, подлость и подлость, отойдет на второй план. Настоящие же фронтовики, которых осталось полтора человека, да и те чокнутые, порченые, будут молчать в тряпочку. А начальство, которое тоже в значительной мере останется в живых, погрязнет в склоках: кто воевал хорошо, кто плохо, а вот если бы меня послушали!»


Шло глупое, бессмысленное убийство наших солдат. Надо думать, эта селекция русского народа - бомба замедленного действия: она взорвется через несколько поколений, в XXI или XXII веке, когда отобранная и взлелеянная большевиками масса подонков породит новые поколения себе подобных.

«Почему же шли на смерть, хотя ясно понимали ее неизбежность? Почему же шли, хотя и не хотели? Шли, не просто страшась смерти, а охваченные ужасом, и все же шли! Раздумывать и обосновывать свои поступки тогда не приходилось. Было не до того. Просто вставали и шли, потому что НАДО!

Вежливо выслушивали напутствие политруков — малограмотное переложение дубовых и пустых газетных передовиц — и шли. Вовсе не воодушевленные какими-то идеями или лозунгами, а потому, что НАДО. Так, видимо, ходили умирать и предки наши на Куликовом поле либо под Бородином. Вряд ли размышляли они об исторических перспективах и величии нашего народа... Выйдя на нейтральную полосу, вовсе не кричали «За Родину! За Сталина!», как пишут в романах. Над передовой слышен был хриплый вой и густая матерная брань, пока пули и осколки не затыкали орущие глотки. До Сталина ли было, когда смерть рядом. Откуда же сейчас, в шестидесятые годы, опять возник миф, что победили только благодаря Сталину, под знаменем Сталина? У меня на этот счет нет сомнений. Те, кто победил, либо полегли на поле боя, либо спились, подавленные послевоенными тяготами. Ведь не только война, но и восстановление страны прошло за их счет. Те же из них, кто еще жив, молчат, сломленные.

Остались у власти и сохранили силы другие — те, кто загонял людей в лагеря, те, кто гнал в бессмысленные кровавые атаки на войне. Они действовали именем Сталина, они и сейчас кричат об этом. Не было на передовой: «За Сталина!». Комиссары пытались вбить это в наши головы, но в атаках комиссаров не было. Все это накипь...»


Вспоминаю еще один эпизод времен войны. Одному генералу, командовавшему корпусом на ленинградском фронте, сказали: «Генерал, нельзя атаковать эту высоту, мы лишь потеряем множество людей и не добьемся успеха». Он отвечал: «Подумаешь, люди! Люди — это пыль, вперед!» Этот генерал прожил долгую жизнь и умер в своей постели. Вспоминается судьба другого офицера, полковника, воевавшего рядом с ним. Полковник командовал танковой бригадой и славился тем, что сам шел в атаку впереди всех. Однажды в бою под станцией Волосово связь с ним была потеряна. Его танк искали много часов и наконец нашли — рыжий, обгоревший. Когда с трудом открыли верхний люк, в нос ударил густой запах жареного мяса.Не символична ли судьба двух этих полководцев? Не олицетворяют ли они извечную борьбу добра и зла, совести и бессовестности, человеколюбия и бесчеловечности? В конце концов добро победило, война закончилась, но какой ценой? Время уравняло двух этих полководцев: в Санкт-Петербурге есть улица генерала и рядом с ней — улица полковника-танкиста.


«Равнодушие к памяти погибших – результат общего озверения нации. Политические аресты многих лет, лагеря, коллективизация, голод уничтожили не только миллионы людей, но и убили веру в добро, справедливость и милосердие. Жестокость к своему народу на войне, миллионные жертвы, с лёгкостью принесённые на полях сражений, - явления того же порядка. <…> Война, которая велась методами концлагерей и коллективизации, не способствовала развитию человечности. Солдатские жизни ни во что не ставились. <…> Главное – воскресить у людей память и уважение к погибшим. Эта задача связана не только с войной, а с гораздо более важными проблемами – возрождением нравственности, морали, борьбой с жестокостью и чёрствостью, подлостью и бездушием, затопившими и захватившими нас. <…> Ведь затаптывание костей не полях сражения – это то же, что и лагеря, коллективизация, дедовщина в современной армии. <…> Никакие памятники и мемориалы не способны передать грандиозность военных потерь, по-настоящему увековечить мириады бессмысленных жертв. Лучшая память им – правда о войне, правдивый рассказ о происходившем, раскрытие архивов».


Если бы немцы заполнили наши штабы шпионами, а войска диверсантами, если бы было массовое предательство и враги разработали бы детальный план развала нашей армии, они не достигли бы того эффекта, который был результатом идиотизма, тупости, безответственности начальства и беспомощной покорности солдат. Я видел это в Погостье, а это, как оказалось, было везде.

Мемуары, мемуары... Кто их пишет? Какие мемуары могут быть у тех, кто воевал на самом деле? У летчиков, танкистов и прежде всего у пехотинцев? Ранение — смерть, ранение — смерть, ранение — смерть и все! Иного не было. Мемуары пишут те, кто был около войны. Во втором эшелоне, в штабе*. Либо продажные писаки, выражавшие официальную точку зрения, согласно которой мы бодро побеждали, а злые фашисты тысячами падали, сраженные нашим метким огнем. Симонов, «честный писатель», что он видел? Его покатали на подводной лодке, разок он сходил в атаку с пехотой, разок — с разведчиками, поглядел на артподготовку — и вот уже он «все увидел» и «все испытал»! (Другие, правда, и этого не видели.) Писал с апломбом, и все это — прикрашенное вранье. А шолоховское «Они сражались за Родину» — просто агитка! О мелких шавках и говорить не приходится.Мемуары, мемуары... Лучшие мемуары я слышал зимой 1944 года в госпитале под Варшавой. Из операционной принесли в палату раненого Витьку Васильева, известного дебошира, пьяницу, развратника, воевавшего около начальства и в основном занимавшегося грабежом или сомнительными махинациями с мирным населением. За свои художества Витька Васильев угодил, наконец, в штрафную роту, участвовал в настоящем бою, «искупил вину кровью». Вот стенограмма его мемуаров: «Пригнали нас на передовую, высунул я башку из траншеи, тут меня и е..уло». Мемуары прерывались скабрезными частушками и затейливой пьяной руганью в адрес сестры, делавшей Витьке инъекцию противостолбнячной сыворотки.


* Оказывается, рациональные немцы и тут все учли. Их ветераны четко различаются по степени участия в боях. В документах значатся разные категории фронта: I — первая траншея и нейтральная полоса. Этих чтят (в войну был специальный знак за участие в атаках и рукопашных, за подбитые танки и т. д.). II — артпозиции, штабы рот и батальонов. III — прочие фронтовые тылы. На эту категорию смотрят свысока.

Вместо того, чтобы честно разобраться в причинах недостатков, чему-то научиться, чтобы не повторять случившегося впредь, всё замазали и залакировали. Уроки данные войной таким образом прошли впустую. Начнись новая война, а не пойдёт ли всё по старому?


«Шум, грохот, скрежет, вой, бабаханье, уханье — адский концерт. А по дороге, в серой мгле рассвета, бредет на передовую пехота. Ряд за рядом, полк за полком. Безликие, увешанные оружием, укрытые горбатыми плащ-палатками фигуры. Медленно, но неотвратимо шагали они вперед, к собственной гибели. Поколение, уходящее в вечность. В этой картине было столько обобщающего смысла, столько апокалиптического ужаса, что мы остро ощутили непрочность бытия, безжалостную поступь истории. Мы почувствовали себя жалкими мотыльками, которым суждено сгореть без следа в адском огне войны.»

Великий Сталин, не обремененный ни совестью, ни моралью, ни религиозными мотивами, создал столь же великую партию, развратившую всю страну и подавившую инакомыслие. Отсюда и наше отношение

Tags: История, Поздравления
Subscribe

  • Завтра в море!

    День за днём, идёт оформление нашего выхода из Индонезии. Не припомню, чтобы из какой-то из стран мы выбирались так долго. Конечно, прошедшая…

  • Где мы? На связи.

    Во время перехода закреплю этот пост наверху страницы, чтобы кто хочет, смог послать нам сообщение. Если у меня будет работать соединение…

  • Бали. Кута

    Две недели на Бали пролетели. Они часто тут пролетают. Четыре месяца уже. Случай, который нас сюда привёз, не самый приятный, но, в некотором…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 7 comments